Последний виток жизни!

                                                              Научно фантастический рассказ.

       Этот день, 8 июня 2048 года, наверняка был бы заурядным днём, как и многие другие дни этого месяца и года, если бы на космической станции РКАС-1 - «Звезда» «Российская космическая автономная станция-1» «Звезда» – не произошла невиданная ранее трагедия. Трагедия, которой ещё никогда не было в космосе до этого дня. Происшествие, которое, несомненно, навсегда войдёт в историю мировой космонавтики, как вошёл в неё полёт в космос первого Советского космонавта, русского офицера Юрия Гагарина. Только воспоминания об этой истории будут не радостными, а очень скорбными и печальными.

        Российский космонавт майор Николай Егорович Яшин, человек, с которым случилась эта трагическая история, за 35 лет своей короткой жизни пережил немало горя и скорби, но никогда не плакал. Ни тогда, когда десятилетним мальчишкой потерял любимого отца, кузбасского шахтёра. Ни после гибели старшего брата Олега на той уже далёкой войне на Украине. Ни после бегства любимой жены Елены с их трёхлетним сыном Мишей к итальянскому дизайнеру Риккардо Росси. Ни даже после смерти любимой мамы Полины. Никогда Николай не заливался слезами. И только сегодня, только сейчас, здесь, в этой чёрной бескрайней бездне открытого космоса, ему впервые захотелось не просто заплакать, а зарыдать как маленькому пятилетнему ребёнку. Ведь только теперь, когда его стокилограммовый скафандр несло в неуправляемом полёте по геостационарной орбите Земли, он по-настоящему осознал всю трагичность и безысходность своего положения. Страшно ощущать себя живым, когда ты уже мертвец! Когда ты физически здоров, а твои лёгкие ещё дышат полной грудью! Только вот дышать им остаётся совсем немного, так как кислорода, рассчитанного на двенадцать часов, после многочасовой работы в открытом космосе, в этом скафандре с каждым вздохом становится всё меньше и меньше.

    - Боже мой, какой ужас! - прошептал Яшин, наблюдая сквозь защитное стекло своего шлема, как под ним, в далекой голубой дымке, проносится такая родная и теперь уже навсегда потерянная для него Земля.

      Земля, где за последние 25 лет в его любимой России  произошли невиданные ранее перемены, и установилась народная земская власть. Власть, которая впервые за многие годы думала о народе и о земле, на которой этот народ живет. Были разработаны и применялись небывалые ранее технологии – от возобновляемого биопластика в пищевой промышленности до бактериальной очистки сточной воды. Программа озеленения «Чистые легкие России», посадка новых лесов. Генномодифицированные бактерии уже давно были запущены в старые свалки, где они поедали накопленный за столетия пластик, улучшая экологию страны. Наука вообще шагала семимильными шагами. Очень много было сделано и в космической отрасли. С появлением малогабаритных атомных двигателей, впервые стали доступными дальние горизонты космоса и полетели первые космические зонды на Сатурн, Уран, Нептун и даже Плутон.

Совместно с Китаем Россия начала строить на луне первую лунную станцию. А в 2042 году Россией была введена в эксплуатацию эта самая орбитальная станция РКАС – 1 «Звезда». Автономная станция с управляемым человеком ИИ.

       Произошли грандиозные перемены и в энергетике, здесь был внедрен более безопасный УТС - «Управляемый термоядерный синтез». Начинались стройки первых экологически чистых городов, с домами, в которых устанавливались автономные генераторы, создающие электричество с помощью натурального белка и влаги из воздуха.

В больших городах на смету троллейбусов и маршруток постепенно стали приходить (маглевы) городские поезда на магнитной левитации. Между Москвой и Санкт-Петербургом была построена первая «Гиперпетля». – Это вакуумный поезд, который скользил по специальной трассе «трубе» со скоростью более 1000 километров в час.

Благодаря этому время в пути от Москвы до Санкт-Петербурга составляло всего 35 минут. В медицине очень быстро развивались клеточные технологии и уже вовсю применялась генерация человеческих тканей и органов.

Все эти фантастические перемены в России, вся эта прекрасная новая жизнь, которая теперь строилась для людей, все это осталось навсегда там, на земле. На той земле, на которую Николай больше никогда не вступит своей ногой, и которая теперь в туманной голубой дымке медленно проплывала под ним.

    - Как это могло случиться?! - Как я мог себя так нелепо погубить?! Николай мысленно вернулся к тому моменту, когда час назад он и его напарник Сергей Нелюбов работали на орбитальной станции в открытом космосе. У них был внеплановый выход, нужно было заменить поломанную космическим мусором антенну и осмотреть солнечную батарею, секция одного крыла, которой при развороте раскрылась не до конца. Обычная рутинная работа в открытом космосе, казалось бы, ничего необычного и сверхъестественного. Ведь и он сам, и Сергей Нелюбов неоднократно выходили за пределы станции, работая снаружи по 6–7 часов, и никогда с ними не случалось ничего подобного и трагичного тому, что случилось сегодня.

    - А сегодня, что же было сегодня?! - Как случилось так, что он, опытный космонавт со стажем работы в космосе более 10 лет, не застегнул к поручню станции карабин своего защитного страховочного троса?! - Как он начал работу с сегментом солнечной батареи без страховки?! - Что случилось, роковая и страшная оплошность при креплении страховочного троса?! - Нет! – Может быть, напряженность под конец работы?! – Переутомление и простая невнимательность?! - Усталость пальцев рук в перчатках скафандра?! - Нет! - Тысячу раз нет! - Все непростительно глупо и безответственно халатно: надеясь быстро развернуть крыло батареи, Николай чтобы не сковывать свое движение, и ускорить мобильность в работе, банально не пристегнулся страховочным тросом. - Грубое нарушение техники безопасности! - А что же дальше?! - А дальше произошло то, что может произойти раз в году, когда, по народной мудрости, и палка стреляет! Случился тот самый роковой толчок сегмента батареи, которая резко расправилась и с сильным ударом отшвырнула Яшина от модуля станции РКАС-1 «Звезда».

      Мгновение, и Николай к своему ужасу осознал, что его громоздкий скафандр, вращаясь кругами, быстро отдаляется от станции. А не застёгнутый защитный трос волочился вслед за ним как длинная кишка, виляя на ходу тем самым защитным карабином. Страшное осознание роковой халатности пришло к Николаю тогда, когда он понял, что отдалился от станции РКАС-1 не менее чем на 200 метров.

    - Николай Егорович. Испуганно вскрикнул по радиосвязи Сергей Нелюбов, когда заметил, как Яшина отбросило от станции. – Куда…

    - Что у тебя там случилось, Яшин?! Перебивая Нелюбова, вышел на связь командир экипажа, подполковник Валерий Панов.

    - Меня отбросило от станции секцией батареи, Валерий Сергеевич. Ответил майор Яшин.

    - Как это отбросило?! - Почему отбросило?!

    - Секцию одного крыла батареи заклинило. - Я её отдернул на себя, она резко расправилась и откинула меня от станции.

    - Как откинула от станции?! Воскликнул подполковник Панов. - А защитный трос?!

    - Я не пристегнул его. - Он замедлял мое движение. Подавленным голосом ответил майор Яшин. - Я хотел побыстрее решить проблему. - Кто же знал, что секция так резко расправится?!

    - Яшин, мать твою!! Самым отборным русским матом закатился подполковник Панов. - Скажи мне, для чего тебя столько лет учили технике безопасности?!! – Сколько раз я вам всем вбивал в голову! - Ни одного шага в открытом космосе без страховочного троса!! - Яшин, ну, ты же в открытом космосе не первый день работаешь!! - Ну как так-то!! - Мать твою!!! - Прокричал последний раз подполковник Панов и замолчал.

    - Извините, Валерий Сергеевич. Воскликнул подавленным голосом майор Яшин. – Я сам не знаю, как так получилось. - Понадеялся на свой большой опыт, думал быстро все сделаю! - Простите меня.

      Ответа не последовало, образовалась минутная пауза, во время которой Николай беспомощно следил за тем, как быстро крутит его скафандр, и с каждой секундой относит все дальше и дальше от станции РКАС-1 "Звезда".

    - Ладно, успокойся, Коля, не волнуйся, соберись. - Вернулся в эфир уже спокойным, но строгим голосом подполковник Панов. - Еще не все потеряно. - Не забывай, что у тебя на скафандре стоит УСК, «Установка спасения космонавтов». - Включи газовые микродвигатели, и прекратив вращение, вернись назад к станции. - Только прошу тебя, будь аккуратнее, экономь газ в баллонах двигателя.

   - Не получится, Валерий Сергеевич. - Воскликнул майор Яшин. - Меня  быстро и,  непрерывно вращает, я не смогу в правильном положении включить двигатели.

   - Сможешь! - У тебя все получится, Коля! - Выбери момент, когда тебя развернет головой к станции, и включи двигатели! - Борись и не сдавайся!

    - Хорошо. – Я сейчас, попробую.

    - Только ради Бога не спеши и не забывай, что газа в баллонах не очень много!

    - Я помню. - Ответил майор Яшин и замолчал. Быстро вращаясь в космическом вакууме, майор Яшин наблюдал, как оборот за оборотом он не только отдаляется от РКАС-1, но и по инерции уходит с каждым вращением все выше и выше от горизонта, на котором находилась станция. Такой угол полета ему придала секция батареи, которая распрямляясь, не только отбросила Николая в сторону, но и слегка подкинула вверх. Понимая, что каждая минута промедления уводит его все выше и дальше от станции, Яшин попробовал включить двигатели, но с первого раза не попал в нужное направление, и его повело в сторону, пришлось исправлять положение, на что было потрачено немало такого драгоценного газа. Лишь с третьей попытки Николай выбрал, наконец, удачный момент и включил двигатель ранца в правильном направлении. Вращение мгновенно прекратилось, и он двинулся обратно к станции. Еще пару рывков двигателя, и Яшин быстро полетел к «Звезде». Только вот сама станция оказалась ниже него метра на четыре.

     - Валерий Сергеевич. - Обратился к командиру экипажа майор Яшин. – Я приближаюсь к «Звезде», но я выше станции метра на четыре. – Меня несет прямо на крыло солнечной батареи.

    - Не волнуйся, Николай. - Воскликнул подполковник Панов. - Попробуй, включив двигатели, уклониться немного от крыла батареи и при сближении попытайся ухватиться за ее край. - Только ради Бога осторожнее, Коля! - Не спеши! Аккуратнее!

    - Есть, не спешить и аккуратнее. Воскликнул Яшин и замолчал.

      План, предложенный командиром экипажа Пановым, конечно же, был не самым лучшим, авантюрным и очень опасным. Так как повреди Яшин об крыло батареи свой герметичный скафандр, его бы ждала разгерметизация и мгновенная смерть. Но, несмотря на все это, только таким способом он мог остановить практически не контролируемый полет своего громоздкого скафандра, и спускаясь по крылу батареи, спуститься на модуль "Звезды".          Помолчав секунду, Яшин коротким рывком включил двигатели ранца. Его медленное движение тут же ускорилось, и через несколько секунд Николай подлетел к крылу солнечной батареи. Ему даже удалось ухватиться рукой за ее край, но инерция движения за счет массы скафандра и скорости полета оказалась очень большой. Поэтому, когда Николай ухватился вытянутой рукой за секцию солнечной батареи, громоздкий скафандр крутонуло, развернуло инерцией движения, и он, закручиваясь, полетел дальше, утянув за собой своей громоздкой массой Николая. Яшин вновь полетел от станции, только в этот раз намного быстрее и по направлению вниз. За минуту этого быстрого неуправляемого полета его вновь отнесло от станции метров на 500.

     - Коля, что у тебя там опять случилось?! - Почему ты молчишь! Прокричал подполковник Панов.

     - Со мной все, Валерий Сергеевич. Воскликнул майор Яшин. - Меня сильно закрутило и тянет вниз. - Прощайте и простите меня!

     - Не смей!! - Слышишь меня!! - Не сдавайся, Николай!! – Не опускай руки!! – Пробуй еще раз!! – Возвращайся на станцию, я приказываю тебе!!

     - Возвращайся, Николай! - Не опускай руки! Воскликнул Сергей Нелюбов.

     - Я уже не смогу! - У меня практически закончился газ в баллонах! - Это благодаря моим первым неудачным попыткам остановить вращение. - Если бы я с первого раза правильно вышел на станцию, может быть, у меня газ и остался, а теперь, похоже, все!

    - Попробуй еще раз, Николай! Воскликнул Сергей Нелюбов.

    - Майор Яшин, я приказываю вам, включите еще раз двигатели!! Воскликнул Панов.

    - Хорошо, я попробую еще раз. Ответил Яшин.

      Выбрав правильное направление в момент вращения, Яшин вновь запустил двигатели, вращение прекратилось, но не прошло и пяти секунд, как газ в баллонах закончился, и двигатели замолчали навсегда. Прекратив вращение, скафандр дернулся  в сторону станции, и направление было удачным, но не хватило инерции и скорости движения. Не долетев до станции метров 300, скафандр Яшина  застыл на месте.

    - Вот и все, друзья! Воскликнул Яшин. - Газ в баллонах закончился. – Простите меня и прощайте!

    - О Боже! - воскликнул сокрушенно Сергей Нелюбов.

    - Не грусти, Сергей. - Все мы рано или поздно умрем, - воскликнул Яшин. - Я вот сегодня, а вы позже. - Одно меня в этой ситуации утешает, - с иронией воскликнул Яшин. - Слава в истории мировой космонавтики мне обеспечена! - Майор Юрий Гагарин был первым космонавтом, а майор Николай Яшин теперь станет  первым живым спутником Земли. - Ха-ха, - истерично рассмеялся Яшин - Может, моим именем кратер какой-нибудь на Луне назовут. - Или дальнюю планету. Закончив этот нелепый юмор  Николай стиснул зубы и до боли закусил язык.

      Чёрные, явно отчаянные шутки Яшина не вызвали никаких эмоций или слов у его подавленных этим горем коллег, тогда он замолчал и явно успокоился, так как его дыхание в эфире было спокойным. Образовалась пауза на две минуты, которая не прерывалась никем, пока подполковник Панов не прервал ее первым.

    - Николай! - Сказал печальным голосом Панов.

    - Не нужно никаких слов, Валерий Сергеевич, – перебивая командира экипажа, воскликнул майор Яшин. - Мне уже ничем не помочь! - Все кончено! - Я метрах в 300-ста от станции, и метров на десять ниже ее! Кислорода осталось максимум на час, и я уже ничего не смогу сделать. - А вы тем более! - Даже если захотите, на одном УСК двух космонавтов вы не поднимете на "Звезду". - Растояние большое, газа не хватит. - Так что прощайте!

    - О Господи! – подавленным голосом воскликнул Сергей Нелюбов.

    - Твою же мать!! – взревел отборным матом подполковник Панов. - К чему все эти наши современные технологии, если мы не можем забрать потерянного человека с открытого космоса!! – Боже правый! Сокрушился Панов.

    - Ну, может быть, теперь что-то и придумают, – воскликнул со скорбью Николай.

    - Коля!... Попытался так же что-то сказать Сергей, но Яшин перебил его.

    - Не нужно больше ничего говорить! - Прощай, Сергей! - воскликнул майор Яшин. - Прощайте, Валерий Сергеевич.

    - Прощай, Коля! – Едва не плача шепотом воскликнул подполковник Панов. - Ты был самым лучшим из всех моих космонавтов! - Мне будет сильно не хватать тебя!

     - Прощайте! – ответил, сдерживая свои слезы, майор, Яшин и отключил связь.

       Оставаясь в безмолвии сам с собой, Яшин вышел на последний виток своей жизни. Не испытывая прежнего вращения вокруг своей оси, за счет последнего включения двигателя, он теперь летел прямо, словно и правда, был искусственным спутником Земли. Наблюдая, как под ним проносится любимая планета, Николай видел сквозь голубовато-молочную дымку, как на Земле просматривались очертания материков. Вот промелькнул остров Великобритании, Ла-Манш, Франция, и наконец, вытянутая в гармошку мятым сапогом с долгим голенищем, ненавистная ему Италия.

Где-то там, в Милане, живет единственный и дорогой его сердцу человек, его любимый сын Михаил. Миша уже большой, ему теперь десять лет. Николай вспомнил, как прошлым летом он ездил в Милан и, несмотря на возражение бывшей супруги, целую неделю был с сыном. В этом ему помог его бывший тесть, богатый ресторатор Евгений Борзов. Отец тогда пригрозил своей непутевой доченьке, что прекратит содержать ее и этого бездарного дизайнера- итальянца, если она продолжит запрещать родному отцу видеться со своим сыном. Решительный напор тестя, который всегда был на стороне Николая, возымел свое действие, и он впервые после долгих лет разлуки встретился с сыном.

     - Это, наверное, Господь дал мне тогда немного времени перед смертью побыть с Мишей. Неожиданно вспомнил про Бога Николай. Сказать, что он был особенно верующим человеком, нельзя. Яшин за всю свою жизнь, как впрочем, и многие люди, если и переступал порог церкви, только по особым случаям: венчание своего коллеги Сергея Нелюбова, крестины Егора, сына одного из  приятелей, ну и когда-то раз, другой был на празднике Пасхи – вот и весь его духовный опыт. Но сейчас, когда кислород в баллонах стремительно кончался, и его жизнь подходила к неизбежному концу, он вдруг всей душой обратился к Богу. Не зная никаких молитв, даже «Отче наш», Николай вдруг своими словами воззвал к Нему.

     - Господи, Ты великий Творец. - Ты создал весь этот прекрасный, окружающий нас мир, и меня, крошечную песчинку в этой бескрайней вселенной. - Я никогда не был настоящим христианином и молитвенником, поэтому и обращаюсь к тебе своими словами, но я всегда верил в то, что Ты есть. - Ибо всё это, весь этот видимый мир, от атома каждой клетки живого организма до электронов, протонов и нейронов каждого атома, от каждой букашечки до слона и жирафа на земле, и всех планет и звезд во вселенной, мог создать только Ты, Господи! Только, Твой высший, неведомый нам смертным людям великий вселенский разум! И это – несомненная истина, так как нет во вселенной другого разума! Иначе, если бы он был, то не мог бы не проявить себя за всё время существования человечества!

       Продолжая своё последнее обращение к Богу, майор Яшин летел и летел по орбите, живым пока еще спутником Земли. Неожиданно в скафандре Яшина прозвучал сигнал. Николай вздрогнул, ведь этот сигнал мог означать только одно: кислорода в скафандре осталось ровно на полчаса.

     - Ну, вот и все! Прошептал Николай. - Пришел мой час, Господи. - Прошу Тебя, если можешь, прости меня. Николай замолчал на несколько минут, что-то вспомнил и тут же продолжил. - Как-то один раз я совершенно случайно услышал в церкви проповедь священника. - Проповедь эта была о праведном разбойнике. – О том, которого распяли на Голгофе вместе с тобой возле твоего креста и который просил Тебя: "Господи, когда придешь в царствие твое, помяни и меня в царствии твоем"! И Ты сказал тогда ему: "Ныне же будешь со мной в раю". - Так и я, как и этот разбойник прошу тебя, Боже, прости мне грехи мои и помяни меня в царствии своем.

       Произнося эти слова, майор Яшин вдруг почувствовал, что ему все труднее и труднее становится дышать. Примерно в это же время, после последних своих слов, обращенных к Богу, он увидел, как вокруг его скафандра начал появлятся ослепительно белый неземной свет. Словно молния, он вспыхнул в его глазах, и Николай навсегда покинул свое жизненное сознание. Этот ослепительно белый свет еще минуту освещал, окутывал скафандр Яшина своим свечением, а затем отдалился от него и разделился на три ярко белые фигуры: две большие и одну маленькую. Словно ракеты, эти три фигуры поднялись ввысь и исчезли в космосе.

      Господь услышал простую, сердечную молитву Яшина, и когда тот задохнулся, послал к нему двух ангелов, которые и забрали его душу в вечный покой. Скафандр же с мертвым телом Николая, сделав несколько витков вокруг планеты, сошел по траектории движения с геостационарной орбиты земли и сгорел в плотных слоях атмосферы.

                         © Copyright: Вадим Камков, 2025 г. "Российский союз писателей".                                                  Авторское свидетельство о публикации №225040201130 "РСП".