Лукоморье 2091

 

Анфиса вбежала в квартиру, на ходу бросая ключ-карту на тумбу. До собеседования оставалось менее часа. Даже на скоростном метро дорога займет около двадцати минут. Соответственно, времени у девушки крайне мало. Входная дверь мягко прикрылась за уже бывшей студенткой.

 

— Закрыто, — сообщил механический женский голос.

 

— Карина, включи кофемашину. Сообщения на моё имя поступали?

 

— Кофе будет готов через пять минут. Вам поступило сообщение и один текстовый файл от Жиляева Фёдора Степановича, сегодня в 14:03 по московскому времени. Прочитать сообщение?

 

— Читай, — девушка достала из рюкзака виар-очки, протёрла еле заметные пятна на стёклах, и вошла на кухню. Голос озвучивал сообщение, следуя за хозяйкой.

 

— «Анфиса Юрьевна, напоминаю о том, что сегодня в 16:00 у нас назначено собеседование. Должностную инструкцию я вам направил отдельно. Ознакомитесь сами. Советую взять с собой виар-очки и прошу не опаздывать». Конец сообщения. Открыть и прочитать прикреплённый текстовый файл под названием «Должностная инструкция инженера-программиста зоопарка»?

 

Анфиса села за кухонный стол, взяла чашку с кофе, поставив в кофемашину чистую, посмотрела на время. Нет, прослушать всё уже не успеет.

 

— Карина, открой файл и кратко перескажи информацию.

 

Ко времени начала собеседования Анфиса успела добраться до зоопарка и сейчас с интересом рассматривала его территорию. По правую руку располагалось небольшое двухэтажное здание с вывеской «Администрация». Кассовые терминалы стояли отдельно, на входе, и сейчас были выключены. Зоопарк не работал по понедельникам. Само пространство было огромным, с возвышения Анфиса увидела два небольших озера, раскиданные по территории зарядные станции, несколько сувенирных точек в виде маленьких домиков. Людей и животных девушка разглядеть не смогла. Возможно, они скрывались за деревьями и кустами. Зелени в парке было много.

 

Владелец всего этого богатства вышел из здания администрации ровно в 16:00. Пока мужчина подходил, Анфиса успела как следует его рассмотреть. На вид директору зоопарка было не больше пятидесяти, дополнительные годы выдавала только седина, прядями обосновавшаяся на бороде. Фёдор Степанович был одет в приличный клетчатый костюм цвета молочного шоколада. Девушка интуитивно оправила юбку не столь интеллигентного летнего сарафана.

 

— Здравствуйте, Анфиса, очень рад вас видеть. Вы меня извините, понимаю, что у вас, у молодёжи, и без того много дел. Вы просили собеседование по виар-трансляции, но мне, по правде, приятнее общаться с людьми по-старинке. Видел ваше резюме, и уже сейчас могу сказать, что вы нам подходите. С программированием животных вы знакомы, для вас наши зайчики и суслики проблем не составят. Уже читали инструкции?

 

— Да, читала. Меня тоже всё устраивает.

 

— Вот и отлично! В таком случае, давайте немного поболтаем и прогуляемся. Для начала расскажу вам подробнее о нашей вотчине.

 

Анфиса неспешно шла рядом с Фёдором Степановичем, с интересом осматривая будущее рабочее место. Директор зоопарка вещал:

 

— Мы здесь существовали задолго до того, как были разработаны роботы, копирующие своим внешним видом зверей. Я ещё успел застать те времена в качестве заместителя директора зоопарка. На самом деле, не так уж хорошо дела тогда наши шли. Посетителей было немного, а содержать зоопарк и братьев наших меньших стоило немалых средств. Ну а потом государство решило полностью отказаться от использования животных в развлекательных целях — в цирках, на выставках, в зоопарках. Это вам тоже, конечно же, известно. Закон когда вышел, мы и не испугались сильно. На государственный грант подали, животных роботизированных закупили, настроили, как нужно. Зоопарк оборудовали зарядными станциями, чтобы работа не стояла. Вместо тех, кто следил раньше за зверюшками, на работу пришли инженеры-программисты, которые несут у нас ответственность за роботов. В первые недели поток посетителей не редел. Но привлекали их не столько животные, сколько возможность посмотреть на такое чудо техники.

 

— Мынвад-онвад илиж-илыб…

 

Анфиса, внимательно слушающая Фёдора Степановича, резко остановилась. В небольшом отдалении рядом с раскидистым дубом, который сейчас в два ряда обтягивала позолоченная цепь, стоял мужчина в рабочей форме. Именно оттуда раздавались непонятные звуки. Директор зоопарка и сам прервался, заслышав странную речь.

 

— Знакомьтесь, Анфиса, это наш Аркадий Павлович, ваш будущий коллега, инженер-программист, отвечает за семейство кошачьих. Пойдёмте-ка посмотрим, что там у него происходит.

 

Подойдя ближе, девушка рассмотрела в руках у мужчины планшет, на котором тот что-то не прерываясь писал. Перед Аркадием Павловичем сидела чёрная пантера-робот.

 

— Палыч! Это что ещё за «мынвад, онвад»? На каком это языке? Чем ты там занимаешься вообще?

 

Фёдор Степанович явно был не в духе от увиденной картины. Аркадий Павлович, заслышав начальство, начал стучать пальцами по экрану более активно.

 

— На нашем, отзеркалилось просто. Простите, Фёдор Степанович! Настраиваю.

 

— Чтобы к 292-ому дню рождения Пушкина кот-учёный был готов! Я за что зарплату тебе плачу?

 

— Vyjuj-vyjuj ktn yfpfl…

 

— Как он только что меня назвал? Палыч, что такое ваджудж?

 

— Это «много» по-русски. Раскладку на клавиатуре не поменял.

 

— Ты меня понял! Пять дней! И чтобы никаких «вадждуджей» и «онвадов», только старые-добрые «в некотором царстве»!

 

— Всё будет в лучшем виде, Фёдор Степанович!

 

Директор зоопарка погрозил Аркадию Павловичу пальцем и увёл Анфису дальше по дорожке.

 

— Вы не подумайте Анфиса, я своих подчиненных люблю, горой за них стою. Но вот Палыч в последнее время совсем обленился. Технологии вперёд бегут, программы обновляются, а он вечно на возраст жалуется, дескать, всё для него новое и всему учиться заново надо. А мы шоу готовим для посетителей, тут ошибаться нельзя.

 

Анфиса понимающе закивала. Только за время учёбы в университете им трижды объясняли, как работать на одной и той же программе с учётом новых обновлений. Палыча она даже жалела.

 

— Так, на чём мы остановились? А, ну да. Животных распределили между инженерами, станции поставили, народ пришел смотреть на выставку роботов. И до зверей никому уже дела особого не было. А там и парки Национальные подключили к системе трансляций. Мы с нашим зоопарком ничего нового предложить не могли. И вереница посетителей стала редеть. Иной месяц вообще в день, в среднем, человека три наведывалось. Мы думали, что в зверье дело. А потом дошло. Законы то у нас людьми принимаются. И первоочередно меняется не законодательство — люди. Чем сильнее развиваются технологии, тем больше в людях становится гуманизма и прочих светлых качеств. Парадоксально, правда? Но то есть факт. Никто уже не хотел смотреть на животных в вольерах и клетках, даже с пониманием, что они не настоящие.

 

Тем временем собеседники подошли к одному из парковых озёр. Анфиса приметила на его берегу ещё одного работника в синем комбинезоне. Со спины он показался девушке меньше и явно моложе Аркадия Павловича. Фёдор Степанович, увидев интерес Анфисы, остановился.

 

— А это у нас Артём Владимирович, отвечает за всё, что плавает и пресмыкается. Рыбки там, змеи, ящерицы, лягушки. Крокодилы. Артём, это Анфиса Юрьевна, уже почти наша сотрудница

 

— Чхегхо тхеббе нхахдобхно хстахрхче?

 

Девушка, услышав хрипящие звуки, по инерции спряталась за спину директора. Очень уж голос оказался пугающим. Фёдор Степанович и сам вздрогнул.

 

— Господи боже мой! Это что ещё за монстр? Почему золотая рыбка говорит так, будто вещает из преисподней? Артём, ничего не хочешь сказать?

 

— Простите, Фёдор Степанович, — молодой парень, ровесник Анфисы, пожал плечами, — динамик заливает. Она же по сценарию из воды выплывать должна. Ну и вот…

 

— Тёма, она же рыба! Она должна быть водонепроницаемой!

 

— Так она и есть. Вся, кроме динамиков.

 

— Ладно, меняй сценарий. Пусть она прячется, не знаю, в камышах хотя бы. Будешь на празднике неводом ловить, задай алгоритм, чтобы поближе подплыла, а то в зарослях сеть запутается.

 

— Понял, Фёдор Степанович, сделаем!

 

— Ничего без меня придумать не могут! — пожаловался Фёдор Степанович, обращаясь уже к Анфисе, когда они отошли немного от озера.

 

Зоопарк девушке нравился. Уютно здесь, живописно. Воздух чистый, как на природе. И видно было, что отношения между рабочими и начальством хорошие. Фёдор Степанович, пусть и ругался на Палыча и Артёма, но те не особо его и боялись. Знали, что не обидит. Пока Анфиса размышляла о плюсах работы в зоопарке, его директор продолжал рассказывать историю своего детища.

 

— Люди изменились, интерес к зоопарку упал. И мы придумали новый формат. Просветительский. Для начала убрали все ограждения и ограничения. Научили машин рассказывать, кто их прообразы из дикой природы, где и чем живут. Развлекательную часть ввели, опять же. Кому не захочется погладить льва, покататься на бегемоте или подержать в руках синюю птицу? Праздники, вот, проводим тематические, готовимся. Народу нравится, тем и живём. Смотрите, Анфиса, там у озера наша гордость — Любовь Дмитриевна, из Москвы украл такой уникальный кадр! В её ведении — все пернатые и летающие. Подождите-ка минутку, пойду поприветствую.

 

У второго водоёма, диаметром побольше, чем пристанище золотой рыбки, колдовала изящная блондинка. На вид ей было чуть больше тридцати. Любовь Дмитриевна кружилась вокруг лебедя и какой-то хищной птицы, параллельно заглядывая в свой планшет и качая головой. Фёдор Степанович подошёл поближе и негромко покашлял, предупреждая о своём присутствии.

 

— Любовь Дмитриевна, душа моя! Как наша принцесса-лебедь поживает?

 

— Царевна, — поправила директора женщина, не отрываясь от работы.

 

— Что? А, ну да, да, царевна. Так как?

 

— С лебедем-то хорошо всё. А вот коршун двадцать вторую часть файтинга не тянет. Как будто драйверы устаревшие. Вы когда его закупали?

 

— Я так и не вспомню, дайте подумать… Вроде, в восемьдесят первом. Может, и ну его? Он же всё равно проиграть должен.

 

— Проигрывает он, Фёдор Степанович, в первые секунды битвы. И выглядит это так, будто наша царевна избивает бедного и беззащитного злого колдуна, а не наоборот. Не волнуйтесь, до шестого числа точно всё обновим и установим.

 

— Рассчитываю на вас, Любовь Дмитриевна!

 

Фёдор Степанович выдвинулся дальше, сходя с дорожки, и Анфиса последовала за ним. Двигались они теперь прямо через поле к небольшому лесочку.

 

— Я же вам говорил, Люба — прекрасный специалист, своё дело знает! — продолжал мужчина восхвалять новую сотрудницу. — А что касается зоопарка, так я вам, в принципе, и рассказал уже самое основное. Года три назад мы заключили договор о сотрудничестве с нашими Национальными парками. Зоопарк их спонсирует, отчисления делает благотворительные. А они нам — бесплатный доступ к своим виртуальным платформам на всей территории зоопарка. Посетители тоже пользуются, наблюдают за животными в естественной среде обитания. Да вы вот сами можете испытать, очки взяли?

 

— Конечно! Можно?

 

— Давайте, я подожду.

 

Анфиса надела очки виртуальной реальности, зашла на сайт Национальных парков России. Выбрала тот, что на Таймыре. Очень захотелось на оленей посмотреть. Мир подёрнулся дымкой, и вот девушка уже стоит среди зеленых просторов севера страны. Деревья тут — что игрушечные, маленькие, но крепкие. А между ними бродят грациозные звери с ветвистыми рогами. Анфиса перескочила на камеру поближе. Оленья морда возникла прямо перед её лицом, только руку протяни. Удивительная всё-таки это разработка. И животные спокойны, и люди словно в дикой природе побывали.

 

— Ну как? Где были? — спросил Фёдор Степанович, как только Анфиса сняла очки.

 

- На Таймыре, за оленями наблюдала. Очень красиво.

 

— Вот! И зачем животных здесь изображать, когда они, реальные, на просторе гуляют, и их, как вот меня сейчас, рассмотреть можно? Так что наши выдумки — самые передовые, и не дают забывать, где техника, а где — жизнь. Вот увидите, через пару лет нашу инициативу и другие учреждения подхватят. А олени, кстати, и у нас есть. Пойдёмте, познакомлю вас с нашим Савелием Ивановичем. Он у нас здесь по парнокопытным.

 

И директор повел Анфису дальше, пока среди деревьев не показалась рыжая голова крупного мужчины. С виду — натуральный викинг, только что борода в косу не заплетена. Мужчина сидел напротив антилопы в красном плаще и вздыхал, пока гости не нарушили его уединение.

 

— Савелий Иванович! Всё у вас готово? Савелий Иванович?

 

— Готово! — проворчал в ответ викинг.

 

— Почему вы тогда не в настроении?

 

— А я вам уже говорил, Фёдор Степанович. Какой из антилопы бесёнок? Смотреть страшно!

 

— Так в этом и суть, Савелий Иванович! Черти, они и должны быть страшными! Не выдумывайте. Вы текст в неё закачали? — не проникся бедой директор зоопарка.

 

— Всё на месте, работает исправно.

 

— Вот и отлично. Кобылу подготовили?

 

— Обижаете, Фёдор Степанович!

 

— Ладно уж. Зайцев тебе наша новая сотрудница поставит. Анфиса Юрьевна, знакомься. Собеседование пока у нас, экскурсию провожу. Ты главное, правильно всё настрой. Ну а там уже не твоя будет забота, поп, с остальным Балда справится, если не окажется балдой. Ха!

 

Фёдор Степанович в приподнятом настроении повел Анфису дальше, вглубь лесочка. Долго молчать мужчина не умел, да и не хотел. Поэтому решил поделиться с девушкой планами предстоящего праздника.

 

— Шестого июня у нашего золотого классика — Александра Сергеевича Пушкина — день рождения. Мы и решили, что к такой дате обязательно нужно придумать что-нибудь необыкновенное. Перечитали всем коллективом его сказки, кое-что видоизменили, написали сценарий нового «Лукоморья». Вывеску Инесса Андреевна уже заказала. А тут такая беда приключилась — переманил нашего специалиста по грызунам и мелким млекопитающим местный цирк. Работа в этом направлении встала. Так что вы, Анфиса, очень вовремя появились, как провидение какое нас с вами свело. Будет у вас очень важная, первоочередная задача!

 

Директор зоопарка вывел девушку на небольшую поляну, залитую солнцем. Картина, открывшаяся перед Анфисой, действительно была похожа на сказку. Два огромных медведя приминали собой зеленую траву и смотрели на веселящуюся пару медвежат. На пеньке, уткнувшись в планшет, сидел тощий парень в солнцезащитных очках, и без остановки шевелил губами. Так увлёкся, что даже не заметил, как действующих лиц на опушке стало больше.

 

— А это, Анфиса, наш Кирюша. Для вас пока Кирилл Игоревич. Он в нашем зоопарке отвечает за всё медвежье семейство.

 

— Извините, возможно, я не со всем творчеством Александра Сергеевича знакома. Не припомню, в какой сказке были медведи. Или их обыграли, как антилопу с пантерой? — шёпотом, чтобы не сбить настрой Кирилла Игоревича, спросила у директора Анфиса.

 

— Нет, нет, медведи у нас самые что ни на есть медведи. Пара и два медвежонка. Должно было быть три, но финансирование… сами понимаете. А сказки такой, у Пушкина, действительно, нет. Но могла бы быть, если бы не треклятая дуэль. Был черновик. В нём, правда, только зачин написан, и он, мягко говоря, не для детского чтения. Там мужик рогатиной медведицу заколол, медвежат забрал, медведь без них горевал сильно. За мужика у нас будет Кирюша. Но он никого обижать не будет. Наоборот, расскажет детям, что животных необходимо оберегать и защищать, чем и занимаются сейчас наши Национальные парки. Расскажет, как важно заботиться о братьях меньших и не подвергать их жизнь риску. Так, Кирюша?

 

— Так точно, Фёдор Степанович! Медведи запрограммированы «кувыркатися и валятися». Всё по сценарию.

 

— А текст?

 

— Какой текст?

 

— Текст свой выучил?

 

— Учу, Фёдор Степанович!

 

— Чтобы на генеральной репетиции пятого июня от зубов всё отскакивало! Ну ладно, не будем тебе мешать.

 

И Фёдор Степанович увёл Анфису дальше. Сделав почти полный круг по зоопарку, они вернулись в самое его начало. Здесь стояло небольшое одноэтажное здание с панорамными стеклянными окнами. За ним — склад и зарядная станция.

 

— Это, вот, будет ваша вотчина, Анфиса. Всё, как обговаривали — грызуны и мелкие млекопитающие. Зайцы, опять же. Пока все в сонном режиме. Ожидают настройки.

 

— А срочная задача какая? Вы говорили, будет первостепенное задание.

 

— Да, тут такое дело… У нас в сценарии ещё белка прописана, которая золотые орешки грызёт и песенки поёт. Орешки-то Инесса Андреевна покрасила. И даже камушки зелёные мы в них поместили. А вот с песнями беда возникла. Инженер-программист, что на этом месте работал, да в цирк теперь ушёл, предатель, имел странное понимание о народных песнях. В общем, репертуар у белочки нужно будет сменить. Да вы сами послушайте!

 

Фёдор Степанович завёл Анфису в стеклянное здание, свет включился автоматически. Здесь, в спящем режиме в несколько рядов стояли разномастные белки, шиншиллы, сони и прочие. Одна белка, самая обыкновенная — лесная — находилась в стороне от других. К ней директор зоопарка и подвёл девушку. Достал планшет, подключился к системе, запустил. Животное ожило, начало вертеть головой и пушистым хвостом.

 

— Белка, спой что-нибудь народное!

 

— Сижу за решёткой в темнице сырой, вскормленный в неволе орёл молодой… — пропищал детским голосом зверёк.

 

— Всё, хватит, белка, стоп! Как-то так, Анфиса. Возьмётесь?

 

— Думаю, справлюсь, Фёдор Степанович! — утвердительно кивнула Анфиса.

 

Через неделю в зоопарке открылось новое «Лукоморье». Пантера бродила вокруг дуба под руководством Аркадия Павловича. До полудня она пела песни, а после перерыва на обед — рассказывала сказки. Сказки были на понятном русском языке — Анфиса помогла Палычу освоить новое обновление программы.

 

Рыб Артём Владимирович перепрограммировал весело плескаться в пруду. Те, что золотые, подпрыгивали из воды чаще остальных. Особенную рыбку инженер Тёма, ставший стариком с неводом, вылавливал из камышей для исполнения желаний. Загадать что-нибудь простое мог любой посетитель. Чаще всего просили сахарную вату, песню на заказ у кота-ученого или фото с русалкой.

 

Русалкой стала Любовь Дмитриевна. Ей обустроили хорошее массажное кресло на дереве, из которого очень удобно было управлять птицами. Царевна-лебедь и колдун-коршун действовали по указке Любы в рамках сценария. Лебедь плавала в озере, коршун раз в полчаса на неё нападал, сраженный лебедиными крыльями и криками детей.

 

Савелий Иванович в облачении попа направлял приглашенного актёра — Балду — сражаться с чёртёнком-антилопой в скорости и силе. Антилопа всем пришлась по вкусу в роли бесёнка, зря Савелий переживал. Зайцев для этого представления Анфиса настроила, Балда балдой не оказался, всё в этой сказке вышло хорошо.

 

Кирюша успел выучить текст, правда, смущался немного перед зрителями и иногда запинался. На второй день придумал себе шпаргалку — запрограммировал одного из медведей нашептывать ему слова по сценарию. Ну, а на третий день Кирилл Игоревич сам вошёл во вкус, дети заслушивались его монологом.

 

Больше всех развлекался Палыч. Он был Черномором, похищающим царевну Анфису. Спасали её всем Лукоморьем, вместе с посетителями. Девушка, как увидела полный сценарий, очень ругалась на Фёдора Степановича за то, что заранее её не предупредил. Но перечить не стала — царевной быть оказалось почётно. Белке репертуар Анфиса поправила, пела та теперь, как полагается: «Во саду ли, в огороде». И орешки грызла с зелеными камушками внутри.

 

Федор Степанович с Инессой Андреевной нарядились Кощеем и Бабой Ягой соответственно. Директор зоопарка подсчитывал своё злато после каждого рабочего дня, а Инесса Андреевна принимала посетителей и водила их по всему парку, только что метлой не гоняла и гироступа ей не очень пришлась по душе — в каблуках на ней передвигаться оказалось неудобно.

 

Через две недели зоопарк объявил о закрытии тематических дней и стал готовить новый сценарий, продолжая работу в обычном просветительском режиме. Анфиса была очень рада, что устроилась работать именно сюда. Технологии должны идти вперед вместе с людьми. Новый инструмент должен приносить новый формат, и только так. Фёдор Степанович со своими идеями как в воду глядел. Даже не так — в светлое будущее. В 2092 году «Лукоморье» открылось в Московском зоопарке.